8.1°
Текст и фото: Анна Бинек
Яри Леппянен — каюр и заводчик сибирских хаски. Живет в Лапландии, в городке Ивало, что на 300 км севернее Полярного круга. Некогда Яри был среднестатистическим жителем Хельсинки, занимался бизнесом, но во время кризиса начала 90-х обанкротился и стал обладателем плохой банковской истории. С таким клеймом начать новое дело, получить новый кредит или страховку практически невозможно. Вот тогда Яри по-настоящему и задумался, что же на самом деле ему по душе. И пошёл на курсы гидов по дикой природе. Говоря по-модному, стал дауншифтером. Переехал на север и занялся разведением сибирских хаски. В зимний сезон он организует туры и многодневные экспедиции по Лапландии на собаках. Сегодня Яри один из самых опытных заводчиков региона: за 20 лет работы с собаками на его счету более 1000 ночей, проведённых «в поле».
Мы встречаемся с каюром ранним утром на лесной делянке, где живут хаски, когда Яри начинает готовить собак к плановой тренировке. «Это моя семья» — с гордостью представляет он своих питомцев. Утро каюра начинается с обхода «родственников» и тёплого приветствия.
Для катания туристов на севере Финляндии существует множество собачьих ферм — настоящих конвейеров, где хаски тоскуют в будках в ожидании туристов. Для собак такой активной породы это весьма мучительно: для хорошего самочувствия им необходимы каждодневные долгие пробежки. Но на питомцев Яри посмотреть приятно — хозяин уделяет им всё своё свободное время и держит их в отличной форме.
Хаски предпочитают спать под открытым небом даже при -20°С. Они ложатся в снег и сворачиваются калачиком, протапливая своим теплом ямку до земли. Получается уютная лунка с подстилкой из мха, а сверху греет одеяло из снега. У сибирских хаски мех с плотным подшёрстком. В таком не страшны любые морозы.
Сибирские хаски — одна из древнейших пород на земле. Их выводили специально в помощь людям. Яри рассказывает, что агрессивных собак на севере не бывает в принципе — злые особи выбраковываются немедленно. Поэтому любовь к человеку у хаски в крови. Ждать хозяина, а потом бежать, что есть сил — это их натура. Яри говорит, что обожает хаски за то, что они любят работать. Для них тяжёлая работа — радость. Вот бы у людей было так же!
Долгие тренировки начинаются только с наступлением холодов. Температуру около ноля градусов собаки переносят плохо: слишком жарко и вредно для сердца. Но сегодня бодрые минус 20 – то, что нужно для прогулки с ветерком.
Пока помощник убирает территорию, Яри поит питомцев. Это надо сделать заблаговременно до начала тренировки, чтобы у собак не было проблем во время бега. Еду они получают один раз в день вечером, после окончания всех видов активности.
Вокруг меня стоит шум и лай, собаки соскучились и очень возбуждены. «Давайте споём для Анны», — предлагает Яри. Кто-то из псов затягивает песню, остальные подхватывают и воют, задрав морды. «Песня всегда длится 45 секунд», — замечает Яри. «Почему?» — удивляюсь. «Не знаю, — улыбается, — Они не объясняют». Я пишу наш разговор на диктофон. Прослушиваю запись — действительно, 45 секунд!
Обращаю внимание, что собаки немного отличаются по внешнему виду. Яри объясняет, что есть три разновидности в породе: рабочие, которые тянут груз, гоночные и шоу-линия. Собаки шоу-линии пушистее, но у них между пальцами слишком длинный мех, на который налипает снег и лед, и мешают собаке бежать.
Яри рассказывает, что однажды был такой случай: он сопровождал три упряжки с туристами, и на озере они попали на участок с водой. Стоял сильный мороз, и между пальцами на лапах собак моментально образовался лёд. От боли они не могли бежать дальше. Каюры в таком случае берут лапу собаки в рот, топят и разгрызают ледышку. И каждому туристу, чтобы можно было быстро продолжить путь, пришлось обработать таким вот образом все 24 лапы, тянущие упряжку.
Пока рассматривала лапу собаки, обратила внимание, что подушечки у них жёлтого цвета. А на подушечках чёрные точки и пятнышки. Яри говорит, что на каждой подушечке должно быть хотя бы одно пятно. Старые заводчики считают это признаком работоспособности собак. Щенков при рождении внимательно осматривают. И тех, у кого не находят чёрных отметин, отправляют к праотцам. На крайнем севере условия суровые, потому и отбор тоже жёсткий.
Яри выбрал восемь собак для пробежки и начинает одевать им шлейки. Счастливцы довольны, а остальные жалобно скулят и, конечно же, завидуют. Сегодня важный день для двух молодых собак — щенки первый раз встанут в работу. Они волнуются, внимательно приглядываются, не совсем понимая, что их ожидает. Яри начинает строить команду. Вожак и первый помощник совершенно спокойны. Знают, что пока сани пустые — никто никуда не поедет. Остальные собаки сильно возбуждены, подскакивают на месте, повизгивают и лают в нетерпении. Яри говорит, что с молодыми надо обращаться очень аккуратно, как с детьми, и стараться, чтобы им понравились тренировки, иначе можно на всю жизнь отбить у собаки охоту работать в команде. Молодой пёс побежит рядом со старым, в конце упряжки, чтобы смотреть на тех, кто впереди, и учиться у них. Щенок сильно дрожит от волнения и шумно дышит. До старта 3 минуты.
Наконец, команда «вперёд»! По укатанной снегоходами дороге собаки мчатся легко и быстро. Молодые стараются изо всех сил, срываются на галоп. Старшие берегут энергию — бегут рысью. Чуть позже для большей нагрузки каюр поворачивает собак в глубокий снег.
Сидеть в нартах хоть и на оленьей шкуре, но очень холодно. Ноги совсем окоченели. Надо было надеть охотничьи сапоги, как предлагал Яри. Пальцы совсем не слушаются, и рот с трудом двигается. Тем не менее, настроение прекрасное. Сердце наполняет детский восторг, и дух захватывает от сказочных видов — знаю, что эта красота будет сниться летом. А собаки, знай себе, мчатся дальше, не обращая внимания на пейзажи и северных оленей, грациозно прыгающих в снегах.
Хаски бегут быстро, с постоянной скоростью, и Яри говорит, что они никогда не выдают 100% и превосходно умеют беречь энергию. По дороге узнаю, что жить хаски могут до 16-18 лет. Пожилые собаки являются важными членами стаи, у них большой авторитет, и они замечательные учителя для молодых.
Спрашиваю, тяжело ли освоить управление нартами. Яри отвечает, что это несложно, собаки хорошо обучены, и надо знать лишь несколько основных команд. Перед тем, как поставить туриста в качестве каюра, проводится короткий 15 минутный курс. И этого достаточно.
Яри рассказывает, как у него проходят туры, что за день обычно делается 40-50, иногда 70 км. Интересуюсь, участвует ли каюр в гонках. И узнаю, что гонки — это отдельная история, и долгосрочный дорогостоящий проект. Нужно очень много усилий и средств, чтобы вырастить по-настоящему быстрых ездовых собак. Яри делится, что мечтает поучаствовать в норвежской гонке на 500 км. Просто так, для удовольствия.
Время от времени делаются остановки, чтобы собаки не забывали команд хозяина и приучались ждать. Тем временем небо постепенно набирает краски. Закат очень интенсивный, как бы с извинениями за то, что солнце так недолго радует своим появлением в это время года.
Вечереет, и мы поворачиваем обратно. Сегодня по плану у Яри ещё один выезд со второй группой собак. Говорит: «Не имеет значения, светло или темно. Тренировка всё равно состоится». Уже наступила полярная ночь — по-фински «каамос» — чередования полной темноты с полумраком. В районе Ивало солнце не появляется от начала декабря до начала января. Должна сказать, ничего страшного в этом на самом деле нет. Привыкаешь очень быстро и даже чувствуешь себя весьма уютно. А уж как будешь радоваться появлению солнца. Как будто ничего прекраснее в жизни не видел!
Полуторачасовая поездка и общение с сибирскими хаски подарили столько детской радости, что просто не могу перестать улыбаться. Скорость, азарт и волшебные пейзажи сегодняшнего дня станут частичкой моей северной мозаики. Яри предлагает поехать в марте в двухнедельный тур на собачьих упряжках вокруг озера Инари, которое здесь называют Лапландским морем. И я и начинаю всерьёз думать о новом приключении.
