10.9°
Что делать родителям, чтобы их ребенок читал? Об этом и не только об этом ведущие подкаста « Недетский лепет о …или НЛО» Наталья Костицина и Кирилл Манжула говорили с поэтом и переводчиком Михаилом Ясновым.
НЛО: Вы помните первую свою прочитанную книжку?
М.Я.: «Это книжечка моя про моря и про маяк» Маяковского. Я очень хорошо ее помню. Она была напечатана на такой бумаге с черными крапинками. Я взял цветные карандаши и всю ее искалякал. И получил такую взбучку от мамы, как сейчас, помню: «Нельзя прикасаться к книге карандашом!».
НЛО: Создается ощущение, что сейчас просто какой-то ренессанс детской литературы. С чем это связано?
М.Я.: Сложный вопрос. Я очень хорошо помню, что было в 90-е годы. Мы, детские писатели живем в нашем мире детства, где потерь нет, а в реальности оглянешься и понимаешь: тот писатель ушел, другой. Но потом началось какое-то движение: пошли фестивали, немного ожили библиотеки, в которых вновь стали проходить наши встречи с читателями. Постепенно-постепенно, но вдруг в детскую литературу пошел народ.
НЛО: А на каких книгах тогда росли дети 90-х ?
М.Я.: Что было под рукой, на том и выросли. Если в семье была библиотека, если в семье читали книги, они вырастали читающими детьми. Если не было, все: это провальная ситуация. Молодые родители меня спрашивают: «Что нужно сделать, чтобы ребёнок читал?» Я спрашиваю: «А вы читаете?» «Ой, нет. Нам некогда, у нас нет времени». Тогда вопрос снят сразу. Если вы не читаете дома, если ребёнок не видит вас с книгой, то разговор пустой, бессмысленный.
НЛО: А стихи дети читают сейчас?
М.Я.: Они плохо читают, потому что их плохо учат читать. Надо же понимать, как стихотворение устроено, что такое фраза, что такое цезура, что такое перенос ударения. Там масса каких-то хитростей. Это надо показывать звуком ребенку.
НЛО: Но дети неустанно в школе учат стихи, как и мы в своё время неустанно их учили. Для чего? Чтобы память хорошей была?
М.Я.: Вы знаете, в этом есть свой резон. Действительно, стихи отрабатывают память. Только надо, чтобы вы читали их с любовью, чтобы это не было для вас обязанностью. У нас же школа - это обязанность. Поэтому редко бывает, когда я прихожу в школу и вижу учительницу, которая работает с детьми так, чтобы им это было в счастье.
НЛО: Когда читаешь Ваши стихи, возникает ощущение, что они у Вас, что называется, льются. Так же было и в процессе написания?
М.Я.: По-разному бывает. Бывает, что действительно написал две, три, четыре строчки и что-то не идет дальше никак. А бывает наоборот - мгновенно. К примеру, такая история: я выхожу на кухню и вижу, как мой маленький сын пробирается к мясорубке, с которой мама работает, и уже запускает туда свою руку и уже готов это сделать. И мгновенно у меня тут же рождается стихотворение: «Ну-ка, мясо в мясорубку, ну-ка, мясо в мясорубку, ну-ка, мясо в мясорубку шагом марш! Стой. Кто идёт? Фарш». Дальше началась уже другая взрослая история с этим стихом, потому что его напечатали, когда наши войска вошли в Афганистан. Или меня очень часто спрашивают, один ли я пишу стихи. Я всегда честно говорю: «Не один, у меня масса помощников». Таким помощником был мой таксик Бегемоша. Мы с ним написали очень много детских стихов. Он меня научил смотреть, что внизу. Он же маленький, ему виднее. Я начинаю смотреть его глазами, что там внизу делается? Червячок ползёт, жук пробежал, листик покатился.
НЛО: Нужно читать взрослым детские стихи?
М.Я.: Обязательно. Понимаете, стихи, особенно стихи для маленьких, их же в первую очередь читают взрослые, ребёнок же не будет сам себе их читать. И взрослый должен получать свой кайф от детских стихов обязательно. Не то удовольствие, которое получает маленький. У него по-своему голова устроена, у взрослого по-своему. И если вы читаете мои стихи, вы должны получать радость, удовольствие.
НЛО: Вы много встречаетесь с детьми, Вашими читателями. Они свои стихи читают?
М.Я.: Конечно. Все дети гении. Они пишут замечательные стихи. Я помню, когда мы праздновали двухсотлетие со дня рождения Пушкина, у нас был конкурс детских стихов. И все мы отметили такое замечательное стихотворение: «Сидел Пушкин на опушке и читал стихи. Громко квакали лягушки и кричали петухи».
НЛО: Если говорить о классиках советской детской литературы Чуковском и Маршаке. Произведения кого из них устарели или устаревают?
М.Я.: Маршака. Я его очень люблю. Пока его печатают, его читать будут. Но стоит ему немножечко уйти в тень... Вообще, все детские поэты, которые обращали внимание на советизмы, на советские реалии, они неинтересны современным школьникам. Сергей Михалков ушел вместе с советской школой и Агния Барто «школьная» ушла. А ее стихотворение для малышей «Игрушки» осталось. И дошкольный Михалков остался. Чем меньше деталей, реалий и всяких идеологизмов, тем лучше. И кто у нас главный человек, детский поэт, произведениями которого зачитываются? Чуковский! Потому как у него этих идеологизмов нет и поэтому его сказки живы и будут жить, и он становится лучшим и единственным, может быть даже в какой-то степени настоящим детским поэтом. А кстати, вы знаете, историю с стихотворением «Багаж» Маршака? Он напечатал это стихотворение впервые в 1926 году. И после этого сразу его прикрыли и долго не печатали. А почему? Проблема очень простая. Чем заканчивается его стихотворение? «Однако во время пути собака могла подрасти». Не могла, у нас самые быстрые железные дороги!
НЛО: Кстати, мы говорили про это стихотворение «Фарш», чем история-то закончилась?
М.Я.: А это стихотворение напечатали буквально в тот день, когда наши войска вошли в Афганистан. И через неделю было собрание писателей и Анатолий Михайлович Чепуров, наш замечательный председатель Союза писателей, выступил с речью о том, какие стихи печатаются в наших журналах. И прочел это стихотворение, думая, что сейчас весь зал будет меня осуждать. А весь зал грохнул от хохота. И вот это было показателем того, как смех разрушает все эти козни.
Полностью 30-минутный разговор с поэтом и переводчиком Михаилом Ясновым слушайте в подкасте «Недетский лепет о...или НЛО».
