Илья Дашков: Сейчас не те времена, когда можно заниматься фальсификацией

Поделиться

Претензии выборжцев к УК по ЖКХ уже неоднократно были высказаны и на встрече с представителями правительства Ленобласти, и на митинге 6 марта, и в резолюции, которую прочитали и подписали 9800 жителей Выборгского района. При этом «ответчику» — УК по ЖКХ – слово, ни разу предоставлено не было. Редактор ivbg.ru попросил директора компании о встрече, чтобы лично задать ему вопросы, неоднократно звучавшие от выборжцев. Илья Дашков, отстраненный недавно от руководства УК по ЖКХ, в своих ответах был на удивление откровенен.

Илья Дашков
Илья Дашков

-Илья Александрович, какова вообще сегодня ситуация в жилищно-коммунальном хозяйстве района?

— Ее можно охарактеризовать короткой фразой – весьма тяжёлая. Надо понимать, что и жилищный фонд, и сооружения, которые занимаются выработкой тепла, поставкой воды, канализованием – почти все достались нам с советских времен, все с высокой степенью износа. В управлении УК более 720 км сетей тепловодоснабжения и канализации, и их износ достигает 70-80%. А финансирование в сфере ЖКХ сегодня в основной массе возложено на население. При этом, к примеру, тарифы на содержание жилья в Управляющей компании не повышались с 2012 года. Только в Выборге и еще в двух поселениях советы депутатов приняли решения о повышении примерно на 10% в 2015 году, в остальных муниципалитетах – нет. Более того, прокуратура регулярно опротестовывает наши попытки повысить тариф. А за это время произошел рост стоимости всех составляющих тарифа на 15-25%, за исключением только зарплаты наших сотрудников. Как в этих условиях работать? Поэтому и конкуренция здесь отсутствует. Этот рынок, по сути, не интересен никому. Может когда-то «УК по ЖКХ» и задумывалась для получения прибыли, но на данном этапе она планово не рентабельна.

— Что значит «не рентабельна»? Это ведь коммерческая компания.

— Мы балансируем на грани нуля, и это видно по финансовым отчетам. В 2014 году у нас оказалось 150 млн. руб. балансовой прибыли. Но это «бумажная» прибыль, искусственная. Мы начислили эти деньги потребителям – населению и бюджетам разных уровней, как плату за ресурсы, и даже заплатили с них налоги, но нам на счет их не перечислили. Мы не смогли потратить эти деньги на ремонты сетей и сооружений коммунального хозяйства. Так они до сих пор в долгах и висят. Компания занимается тарифно-регулируемой деятельностью, и сам тариф формируется по принципу «расходы=доходы». Да, ЛенРТК закладывает в тариф от 2 до 4-х % рентабельности. При этом обычные неплатежи населения составляют 5%. Плюс неплатежи юр.лиц и связанные с этим убытки. В результат на 1 января 2016 года долг Управляющей компании перед поставщиками составлял 1миллиард 140 миллионов рублей. А долги перед Управляющей компанией со стороны населения, юридических лиц, бюджетов всех уровней – 829 млн руб. Оставшаяся сумма – это межтарифная разница 2010-2012 годов, которая не выплачена никем. Раньше ее платили муниципальные поселения, потом Ленинградская область. Но в какой-то период из-за разногласий в законодательстве ее прекратили платить.

— Кстати, а что такое межтарифная разница?

— Существует два тарифа. Один — это плата населения, те самые 2859 руб. за Гкал. А есть экономически обоснованный тариф (отношение затрат к количеству произведенных гигакалорий) – сколько на самом деле стоит производство одной Гкал. С 01 июля 2016 года это 3013 руб. Вот эту разницу оплачивает бюджет Ленинградской области. Это и есть межтарифная разница. И в 2013 году мы судились почти год с правительством Ленинградской области, предъявляя им 541 миллион невыплаченной межтарифной разницы за 2010-2012 годы, и проиграли суд с формулировкой «ненадлежащий ответчик». То есть все документы, представленные нами по расходам, не опротестованы, суд признал, что 541 млн. был нами потрачен. Но, по мнению суда, Правительство Ленинградской области – не то «лицо», которое должно было выплатить эти деньги. В итоге, все эти деньги стали долгами нашим поставщикам. Итого, эти 541 млн. руб. межтарифной разницы плюс 829 млн. долгов населения, юр.лиц и бюджетов — получаем 1 миллиард 370 миллионов рублей, которые мы даже не увидели. Соответственно, на эту сумму не смогли рассчитаться с поставщиками ресурсов. А если бы не было задолженности, да еще и получили бы мы заложенную в тарифе прибыль – рассчитались бы со всеми долгами и могли бы пустить прибыль на развитие коммунального хозяйства. Вот такая, примерно, экономика.

— Вы хотите сказать, что недополученные деньги – это, соответственно, деньги недовложенные в ремонт котельных, водоочистных, тепло- и водопроводных сетей?

— В тарифах закладываются некоторые деньги на ремонты. Но они очень небольшие. В 2012 году их вообще не закладывалось. В 2014 году мы смогли обновить какую-то часть сетей. Но это очень небольшие деньги. Поэтому изношенное оборудование, изношенные сети – они как были, так и есть. Деньги в ремонты вкладывают поселения, правительство Ленинградской области, но все равно это мизер по сравнению с тем, что необходимо. Например, на ремонт только канализационных сооружений Выборгского района, которые нам досталось еще со времен Советского Союза, на приведение их к современным нормам, необходимо около 3 миллиардов рублей. Нормативы изменились, изменились правила эксплуатации, они ужесточились. А технологии остались старыми.

— Но ведь в таком случае, наверняка, у контролирующих органов есть масса претензий на несоблюдение нормативов, ненадлежащее качество услуг? Они, как правило, сопровождаются штрафными санкциями, то есть дополнительными расходами?

— Разумеется. Давайте еще раз рассмотрим тему лифтов. Большая их часть старше 25 лет. Жители пишут в соцсетях, что деньги собирают, а лифты не меняют. Это некорректное заявление. На замену лифтов деньги не собирают. Собирают на текущее содержание лифтов. И их содержат в рабочем состоянии! Управляющая компания и специализированные организации по всем правилам проводят обслуживание этих лифтов. Даже если они старые, меняются детали: лебедки, шкивы, тросы, направляющие… В зависимости от необходимости. А полная замена одного лифта на сегодняшний день обходится порядка 2,5 миллионов рублей. И за это жители НЕ ПЛАТЯТ. Это уже капремонт, по которому государством предусмотрено формирование Фондов капремонта.

Программы капремонта лифтов периодически запускаются правительством Ленинградской области. Замечу, на бюджетные деньги. Понятно, что в бюджете денег не так много. В области на сегодня существует более 700 лифтов старше 25 лет. Перемножьте на стоимость – это под 2 миллиарда рублей нужно вложить, чтобы поменять только лифты старше 25 лет.

— Но ведь разбирательства с прокуратурой и судом длятся с 2013 года. Неужели за это время нельзя было найти какого-то решения?

— Для обеспечения безопасности лифтов предусмотрено освидетельствование их технического состояния. Процедура определена законодательством, но в 2013 году была изменена. Вступил в силу регламент Таможенного союза «О безопасности лифтов». Далее появилась жалоба от представителя компании, занимающейся сертификацией лифтов, что заключения о техобследовании неправомочны.  При этом компания предлагала свои услуги за цену на 40-50% выше, чем в среднем на рынке этих услуг. Суд вынес решение об обязании запретить эксплуатацию лифтов до получения заключения от организации, имеющей право проводить техосвидетельствование во всех странах Таможенного союза. Это означает, что в России необходимо остановить все лифты, которые отработали более 25 лет. Таких организаций в России нет. Управляющая компания, исполняя требования прокуратуры, дважды перепроверила состояние лифтов, получив заключения специализированных организаций, имеющих аккредитацию Ростехнадзора. Но прокуратура требований не изменила, было запущено исполнение  исполнительное производство. Получился абсурд: требование предъявляется не к техническому состоянию и безопасности эксплуатации (лифты, которым более 25 лет трижды прошли предусмотренную процедуру переосвидетельствования), а к возможности проводить освидетельствование. Надеюсь, что сейчас здравый смысл возобладает, и совместными усилиями будут найдены пути, как продолжить эксплуатацию старых лифтов до их капремонтов.

— Давайте все же вернемся к тарифам. Вы ведь – УК по ЖКХ – сами предоставляете в ЛенРТК расчеты экономической обоснованности тарифов. То есть, существует возможность завысить какие-то цифры.

— Не существует такой возможности. Комитет по тарифам очень жестко, если не сказать жестоко, относится к формированию расходов. Например, на потерю в теплосетях нам дают примерно 8%, хотя во многих поселениях они значительно больше. Да в том же поселке Советском, где сетям более 30 лет, хорошо, если там всего 25% потерь тепла. Все это ложится убытками на Управляющую Компанию с некоторым погашением за счет процента рентабельности. На митинге прозвучало, что УК завышает свои расходы — но их невозможно завысить. Когда шел суд с правительством ЛО в 2013 году, документы компании проверяли и областная прокуратура, и комитет финансов правительства Ленобласти, и полиция, и кого здесь только не было, включая антимонопольную службу. При таком количестве проверок невозможно использовать какие-то, грубо говоря, фальшивые документы. Сейчас не те времена, когда такими делами можно заниматься. Легко проверяются все юридические лица, банковские платежи, все это есть во всех возможных базах данных. С середины прошлого года из Управляющей компании проверяющие уже просто не выходят. Сотни проверок. И сейчас там каждый день по 4-7 человек проверяющих работает. Прокуратура, наверное, думала, что нет узлов учета? Узлы есть, проекты на них есть, поверки есть, узлы нормально работают. То, что эта ситуация возникла с платежками, так она возникла еще в прошлом году, когда мы с 1 января запустили больше сотни узлов учета. И февраль оказался холодным, и в марте выборжцы тоже получили большие счета. Да, примерно 2 недели у нас стояли очереди граждан в отделе начисления платежей, которым мы давали разъяснения, что произошло, которые писали заявления о рассрочках. И до запуска узлов учета мы разъясняли все в СМИ. И в этом году разъясняли. Только в этом году ситуацией воспользовались профессионально обученные люди для извлечения своих каких-то экономических или политических прибылей. Это при том, что в этом году мы ввели всего порядка 40 узлов учета. Сейчас ими в Выборге оборудованы 259 домов. Опять же, установка приборов учета – это строгое соблюдение федеральных законов: ресурсоснабжающая организация обязана установить узлы учета. За счет собственников. Это прописано в федеральном законе, и мы его нарушать не имеем права. В прошлом году прокуратура проверяла законность установки приборов учета и не нашла никаких нарушений. При том, что жалобы были, и были они абсолютно такие же. Но если все сделано по закону, что с этим поделаешь то? И начисления по закону. К стати, по этим 259 домам за 2015 год разница между начислениями по нормативам потребления и по приборам учета составила 102 млн руб. На 102 миллиона рублей население меньше заплатило! К тому же, узлы учета это еще и индивидуальные тепловые пункты, которые реконструируются и которые снижают теплопотребление дома, соответственно, снижают расходы тепла и оплату за него. В 95% случаев после установки узла учёта собственники начинают платить меньше. Увеличивается начисление только в тех домах, где из-за конструктивных особенностей есть большие теплопотери.

— Так, а кто должен решать вопрос с ликвидацией теплопотерь?

— Собственники жилья. Общим собранием собственников принять решение, пригласить специалистов для обследования, выявления причин теплопотерь и выработать способы устранения этих недостатков. В тариф на жилье заложены лишь те мероприятия, которые необходимы для обслуживания дома. Это минимум. Мы можем предложить провести работы по снижению теплопотерь, но, к сожалению, граждане большей частью к этому равнодушны. Им это не интересно. Все хотят платить меньше, но не хотят ничего для этого делать. Например, на встрече с представителями правительства ЛО женщина из Приморска предлагала — создайте им муниципальное предприятие. Это что означает? Что муниципальный бюджет должен платить за содержание жилья? А на каком основании? Законных оснований для этого нет. За содержание жилья должны платить собственники. Когда собственность была муниципальной, тогда и платили муниципалы. Сейчас почти все квартиры приватизировали. Жилфонд более чем на 90% принадлежит гражданам. На собраниях собственников жилья голос муниципалитета практически никакого веса не имеет, чтобы принимать самостоятельно какие-то решения. Более того, почему родилась Управляющая компания? На 2006 год, когда существовали муниципальные коммунальные предприятия, суммарная задолженность этих предприятий бюджетам всех уровней составляла 168 миллионов. Поодиночке сложнее выжить. Поэтому их все решили объединить и в итоге упорядочить расходы на центральном уровне. За последние три года нам, по крайней мере, удалось даже несколько сократить долги компании. Тогда же, в 2006 году на законодательном уровне муниципалитетам запретили расходовать бюджеты на вливания в ЖКХ. И далее начались эксперименты по реформированию отрасли.

— Вот вы говорите, что ЛенРТК закладывает в тариф на тепло 4% рентабельности. А между тем стоимость Гкал Выборгтеплоэнерго приближенно составляет 2200 руб, а вы продаете населению ее по 2800 руб. Это ведь явно не те самые 4%?

— Некорректно здесь говорить, что УК делает накрутку на доставку тепла. У УК несколько поставщиков тепла и огромное количество котельных в собственной эксплуатации. В частности, помимо Выборгтеплоэнерго, это Выборгская Лесопромышленная Компания, пансионат Ольшаники, котельные воинских частей, другие поставщики… Затраты на покупку тепла от этих организаций, затраты на производство тепла на собственных котельных, все это складывается и делится на общее количество приобретенных и произведенных калорий, получается средний тариф по району. Например, производство тепла в пос.Песочное стоит 6300 руб за Гкал, в Каменногорске – 7000, в Приморске – 4800. Да, арифметически получается, что жители Выборгского района платят за тепло, вырабатываемое в Выборгском районе. По средней цене в 2800 руб. за Гкалорию. К сожалению, большая часть котельных построена очень давно и работает не на газе. И себестоимость этого тепла весьма высока. А если, допустим, как предлагают некоторые, появится свой тариф на каждую котельную? В том же Песочном, где работы нет и зарплаты много ниже чем в Выборге, платить за тепло придется в три раза дороже. Ну и чем это закончится? Съедутся все в Выборг? Тогда и здесь негде будет жить, негде работать, перестанет хватать на всех мощностей коммунальных объектов. Это бессмысленный путь. Может тогда всем ехать в Санкт-Петербург? Там тепло совсем дешёвое. Уповать на то, что пусть правительство за нас заплатит? Но правительство тоже где-то должно деньги взять. Бюджет ведь из наших с вами налогов формируется. Давайте тогда больше работать, больше налогов отчислять, а правительство будет платить за нас…

— Кстати, а как в аренде у Управляющей компании оказались теплосети? Раньше они ведь принадлежали Выборгтеплоэнерго?

— Теплосети принадлежали и принадлежат муниципалитету, а не «Выборгтеплоэнерго». Как и «Выборгтеплоэнерго», по сути, собственность муниципалитета. И существуют конкурсы, вернее существовали (сейчас система немного изменилась), на обслуживание теплосетей. В 2013 году его выиграла УК по ЖКХ.

— Так все же, то, что волнует всех: можем ли мы рассчитывать на перерасчет тарифов на теплоснабжение?

— Управляющая компания не устанавливает сама себе тарифы и ничего не может сделать, для того, чтобы их поменять. Устанавливать и менять их может только правительство Ленинградской области. Так что, нам этот вопрос задавать бессмысленно. Пересчет за январь мы произведем. Но что значит пересчет? Мы не насчитали неправильно, не насчитали больше. Все начисления сделаны согласно законодательству. То, что платеж оказался выше, чем, например, в ноябре или декабре – это проблема погодных условий конкретного месяца. Поэтому мы и предлагали перенести платеж на летние месяцы, рассрочку, но за тепло все равно надо платить. Мнение о том, что конкретная управляющая компания получает деньги от населения, складывает их в чемоданы и счастливо на них живет — заблуждение. Деньги, собранные за коммунальные ресурсы идут поставщикам энергоресурсов: Газпрому, топливными энергетическим компаниям, рабочим на зарплату, поставщикам тепла (тому же Выборгтеплоэнерго). И мы очень благодарны людям, что они понимают ситуацию, своевременно оплачивают коммунальные услуги и это дает нам возможность расплачиваться с поставщиками. Они ведь оплату ждать не будут, они тут же начнут ограничивать поступление газа, угля, мазута. Деньги – это кровь в технологическом процессе, обеспечиваюшем бесперебойное снабжение коммунальными услугами.

— Если бы январские платежки оплатило бы не 80% населения, как это произошло, а, скажем, 50%. Чем бы это грозило?

— На сегодня январские платёжки оплатило 95 % населения. Как обычно в среднем по году. Если бы этого не произошло – то всё пришло бы в итоге к остановке котельных.

— Через какой период остановились бы котельные?

— Ну, может быть, через месяц-полтора. Конечно, прям остановку котельных никто бы не допустил, вмешалось бы правительство, подтянули бы поставщиков, открыли бы кредиты… Но это была бы чрезвычайная ситуация. И это будет катастрофа для всего района. Потому что без денег поставки топлива тут же прекращаются.

 

comments powered by HyperComments
Поделиться
Загрузка...