19.2°
Героиней шестой серии стала Татьяна Догадина, которая до начала СВО активно строила карьеру в региональной журналистике. Сейчас собеседница ivbg большую часть жизни посвящает помощи нашим бойцам, сбору гуманитарных грузов и поездкам в зону боевых действий. Нам Татьяна рассказала о начале своего гуманитарного пути, поделилась историей о французе, перешедшем на сторону России, а также поведала, насколько важна православная вера в рядах российских солдат.
О себе
Меня зовут Татьяна Догадина. Я журналист, руководитель СМИ - телеканал в Подпорожском и Лодейнопольском районах Ленинградской области. Также сейчас главный редактор газеты «Свирские огни» Подпорожского района. В последнее время вся моя жизнь и всё внимание нацелено на поддержку бойцов СВО, моих земляков. Я - волонтёр и горжусь этим.
«Всё закрутилось»
Журналист в маленьком городе - это значит постоянно находиться в центре внимания. Я всегда была активной. И, конечно, когда был дан старт специальной военной операции, мы не могли остаться в стороне. Начали снимать материалы. Отрабатывали федеральную повестку. В мае 2022 года я ездила в Ростов как волонтёр. Сама захотела. Делала репортажи в распределительный центр, когда мы встречали беженцев. Позже снимали в Ленинградской области в Тихвине центр по приёму беженцев из Мариуполя и других городов. Всё так закрутилось. Начали уходить добровольцы. Мы стали с ними общаться. Поначалу это просто была журналистская работа. Но с объявления мобилизации, когда мы приходили на репортажи с отправок ребят...
«Отцы плакали, прячась за деревья»
У нас один военкомат объединяет Подпорожский и Лодейнопольский районы. Ребята уезжали целыми большими автобусами - «Икарусами». То время вспоминаю с содроганием, потому что это было действительно страшно. Вот этот вой жён, матерей, детей, когда отцы плакали, прячась за деревья. Мы все не понимали, куда и как вообще будут развиваться события. Провожали ребят всем городом. Внутри у меня был дискомфорт, страх, и я хотела чем-то помочь. Были моменты, которые запали в душу.
Однажды на полигоны в Ленинградскую область мы поехали с губернатором. И тоже там снимали репортаж. Я увидела там своих земляков. Я говорю: «Давайте, мы будем приезжать. Может, вам что-то привести». Посыпались заявки. Одна из первых: «Таня, мы на полигоне. У нас очень сыро. У нас ноги промокли. Все заболели. Если можно, привези нам облегчённые резиновые сапоги пенки и лекарства». На эмоциях я написала первый пост. Люди откликнулись. Так мы собрали средства по родственникам, сами скинулись внутри нашего журналистского братства и закупили сто пар сапог, медикаменты и повезли к ребятам. В тот момент, наверное, я почувствовала, что очень сильно мы - те, кто остался дома, нужны ребятам, которые готовятся к отправке в зону специальной военной операции.
«Тряслись за каждый эшелон»
Мы стали общаться, знакомиться с родственниками. Я постоянно была на телефоне. Непрерывно следила за событиями. Мы тряслись в прямом смысле за каждый эшелон. Я помню такие моменты, когда мы приезжаем, ребят нет в частях. Мы, как правило, ездили в Ленобласть, там, Приозерск, Луга. И в эшелоны забрасывали им сумки с гуманитарной помощью, чтобы при отъезде у них с собой что-то было.
По началу это была одежда какая-то минимальная. Может, кто-то не успел купить или ещё что-то. Они даже деньги скидывали. Хотелось как-то их порадовать, сладостями, например.
Переломный момент
К зиме 2022 года всё поменялось. Мы собрали большую машину помощи. Ребята уже уехали. Наши ленинградцы воют в основном на Харьковском направлении в составе шестой армии. Я даже сама не поняла, когда уехала туда. Села в машину, подумала про себя: «Таня, куда ты едешь? Что ты вообще делаешь?». Клянусь, не помню, как это происходило. Этот сбор огромных коробок. Машина была большой. Я не осознавала происходящее. Мы просто сели и поехали: я, нанятый нами водитель и ещё один волонтёр Игорь Геннадьевич Иванов, который до сих пор в нашей команде. Так просто поехали. Сейчас мне смешно, потому что мы приезжали на точки, я знакомилась там с разными людьми, говорила: «Мои ребята там-то, за лентой, как проехать». Тогда нас очень хорошо встретила разведка. Стали знакомиться с военными. И наших ребят начали вывозить командиры, узнав, что есть такой волонтёр Татьяна Догадина. Тогда, наверное, осознала, что уже не уйти из этой деятельности.
«Помогаем и живём фронтом»
С того момента она прилично разрослась. В двух районах имеются пункты приёма гуманитарной помощи. У нас действует карта волонтёрского сбора, по которой готовим ежемесячные серьёзные отчёты. Есть группа людей, которые плетут маскировочные сети, льют свечи, делают души, шьют носилки. Мы сами закупили недавно на спонсорские деньги 3D принтеры, делаем элементы для сбросов. Приобретаем очень много техники: квадрокоптеры, тепловизоры, транспорт. Транспорт в большом количестве уходит у нас целыми тралами. Мы объединились, помогаем и живём фронтом.
Почему помощь каждого крайне важна?
Я уверена, что там решается судьба России. Люблю свою страну. За неё готова на всё. И те ребята, которые сейчас на фронте, это и есть наша Родина. Я об этом всегда говорю. А у нас Родина одна, другой нет, не было и не будет. Люди помогают, потому что понимают, что страна на самом деле борется сейчас за своё будущее. Очень хорошо понимаю сейчас, что происходит. Знаю, что в настоящий момент нет никаких границ, красных линий, о которых мы говорили. Сейчас и в тыл прилетает. Погибают и мирные очень часто. Единственное, не хочется, чтобы это стало привычным. Нужно действовать. Если мы не будем с фронтом, речь о тех, кто сейчас помогает, если в нашем полку не будет прибывать, то, к сожалению, мы проиграем. Но я не хочу в это верить. Нам необходимо сплотиться. Нужно быть вместе. Идти до конца, чтобы не случилось. Чтобы не происходило, будет это продолжаться 10 лет или два месяца. Просто ни одной минуты нельзя забывать о том, что мы сейчас здесь, в мирном времени. У нас проходят праздники, выпускные и прочее, а ребята там. И на фронте очень тяжело, очень. Они морально вымотались, физически устали. Они болеют, но идут вперёд.
Мы часто общаемся с фронтом. Буквально две ночи назад мне поступили сообщения от наших земляков, молодых парней. Сперва ушёл старший, за ним пошёл младший брат. И они вместе связисты, но сейчас далеко от границы. Долго не было связи. А тут они прислали фотографии. Старший брат получил орден Мужества, который даётся не просто так, а младший - какую-то другую медаль. За храбрость, если не ошибаюсь. Они написали: «Тань, спасибо, это ещё и твоя заслуга и заслуга всех, кто помогает». Это не просто слова. Они чувствуют поддержку и идут вперёд.
О героях
Героев у нас сейчас очень много. Это ребята, которые там. Жены и матери - тоже герои. Они же молча, просто плача в подушку, не жалуясь, не обвиняя, ждут своих близких. Для меня они настоящие героини. Своих коллег - военкоров, медиков также считаю героями. Сама я - не герой. Я, наверное, просто близко нахожусь к ним. Меня это сильно подогревает в действиях. Не хочу ни на минуту останавливаться. Хочу сейчас жить, чтобы помочь как можно большему количеству ребят. Хочу их встречать с победой. Мечтаю о том, как мы встретим их всем городом в наших маленьких городах. В каждом поселении мы будем встречать их с победой цветами, овациями и за одним столом праздновать достижение общей цели. Пусть это произойдет как можно скорее.
О французе, перешедшем на сторону России
Историй очень много. Я общаюсь напрямую с ребятами, с нашими бойцами, с нашими защитниками. Если говорить про патриотизм, может, и уходят сейчас добровольцы за деньги, но находясь там, они не могут быть не патриотами. Они все истинные патриоты, настоящие мужчины. Ими нужно гордиться. И быть рядом, помогать, как надёжный тыл.
Одну из историй я проживала очень долго, большими стараниями. У нас в 25 бригаде, которая воюет на Харьковском направлении, много моих ребят. И есть там и снайперы. Они позвонили мне зимой и сказали: «Татьяна, нужно помочь нашему брату». Братом оказался француз, пришедший воевать за Россию. Он приехал в Москву. Позже оказался в 15-й интернациональной бригаде. В ходе боев на подступах к Синьковке (село в Купянском районе Харьковской области - прим.ред.) бригады встретились и дальше воевали вместе. И вот этот француз, его зовут Эдмон, прибился к нашим снайперам, потому что 300 и 200 была вся его группа. Какое-то время жил с моими земляками. Они научили его снайперскому делу, хвалили сильно. Узнав о том, что он воюет уже в другой бригаде, а это же не принято, неправильно, это нарушение, его забрали обратно в «Пятнашку». Наши тогда сказали: «Таня, нам он нужен». Такое у них боевое братство. Возможно, он действительно очень хороший снайпер. Я стала звонить и узнавать, как его можно вернуть. Познакомилась с этим французом. У него позывной «Франц». И у нас получилось.
Эта история, когда за Россию встают даже иностранцы, мне запомнилась. Это очень показательно. Мы разговаривали с ним, например, про Европу, про их политиков и ещё что-то. Он считает, что вся правда на стороне России. Я с ним солидарна. Думаю, что бойцы не просто так попросили за него.
За что мы воюем?
На кону наше будущее, будущее каждого из нас, каждого гражданина Российской Федерации. Мы воюем не с украинцами. Мы воюем с огромным количеством стран - Западом, с большой силой. И эта сила - подлая. Ребята рассказывают, а я верю им больше, чем себе, что противник прикрывается детьми, стариками. У них нет никаких достоинств и чести. И мы воюем с этой нечистью. Я бы даже сказала, что это не от Бога. Мне присылали фотографии, например, когда в домах семиконечные звёзды, много дьявольских каких-то вещей, алтари. А мы с Богом. У России есть защитник. Это православная вера. Мои ребята уверовали за время на фронте. В каждый приезд вожу им иконки, православные кресты, свечи и шевроны. Однажды я видела, как солдат прощался с погибшим сослуживцем, сняв с руки православный шеврон и вложив его ему в руку. Это о многом говорит. Они все с верой в душе, в сердце. Мы обязательно победим. Я уверена в этом.
